Россия упустила шанс превратиться в мощное государство

Россия упустила шанс превратиться в мощное государство


У экономики нет ресурсов для роста. Кризис будет углубляться, а уровень жизни — падать. Сейчас повторяется кризис конца 80-х, закончившийся распадом СССР. Об этом и многом другом Честному Городу рассказал экономист Михаил Тимонов. О кризисе в России, о власти и о перспективах российской экономики в интервью.

Россия упустила шанс превратиться в мощное государство

Михаил Тимонов

Честный Город (ЧГ): Прошло уже полгода с чёрного вторника 16 декабря 2014 года. Что привело нас к этому кризису и что сейчас происходит с российской экономикой?

Михаил Тимонов (МТ): На мой взгляд, ранжировать причины кризиса по степени важности надо так: 1) накопленные внутренние проблемы, приведшие к низкой эффективности, 2) снижение мировых цен на энергоносители, 3) санкции, на которые сейчас власть и пытается списать все проблемы.  Я убежден, что нынешний системный кризис, продолжающий расширяться и углубляться, назревал давно и был вызван прежде всего внутренними причинами. Падение цен на нефть лишь выбило подпорку, не дававшую завалиться давно уже покосившейся конструкции. Санкции же лишь довершают дело. Это вам не  2008 год, когда нас слегка качнуло взрывной волной кризиса, произошедшего в США. Теперь мы рвемся сами.  Пока цена на нефть держалась в верхней фазе цикла, у многих было ощущение, что у нас все идет как надо. Но стоило мировой цене на энергоносители пойти на очередной 10-15-летний спад, как стало очевидно, что раковая опухоль казнокрадства, коррупции и неэффективности (естественных спутников «вертикали власти») превратила экономику России в инвалида. Кремль попытался  отвлечь внимание народа от падения уровня жизни создав очаг напряженности на Украине, но это обернулось для нас ростом нестабильности, бегством иностранных инвестиций и санкциями.

А возможности были огромные.

Основа нашей экономики — нефть, отскочившая в 1998 году от минимума на уровне 15 долларов за баррель (ниже тогдашнего уровня себестоимости), пустилась в рост. И достигла уровня 150 долларов за баррель в 2008, после чего держалась на уровне выше ста до 2014! В среднем, в период с 2000 по нынешний год, цены на нефть были в 5-7 раз выше, чем при Горбачеве или Ельцине! По мнению экспертов,  мы получили более двух триллионов дополнительных долларов на росте цены энергоносителей.  Но они не дали того эффекта, на который мы, граждане, имели право рассчитывать. За годы стабильности и изобилия «нефтебаксов» так и не создана новая экономика, не заменены и не обновлены Основные Фонды и инфраструктура. Если при Горбачеве износ Основных Фондов был на уровне трети, то сейчас он перевалил за 50%. В мировом распределении труда мы остались, как не обидно, сырьевым придатком. При этом, суммарная задолженность РФ и предприятий, в коих РФ обладает контрольным пакетом (РЖД, Газпром, Роснефть и др) превышает аналогичную задолженность при Ельцине (и в полтора раза превышает золото-валютные резервы России, которые на 12 июня сего года составляли 360 мрд долларов, а в июне прошлого года 478 мрд). Производительность труда в несколько раз ниже, чем в развитых странах. Страна зависит от цен на энергоносители еще больше, чем в конце восьмидесятых, и это дополняется гораздо более высокой потребностью в импортных товарах, чем тогда. ВВП России составляет около 2% от мирового, что примерно в десять раз меньше, чем у США или Китая или Евросоюза. Наука деградирует, уровень образования падает, уровень социального расслоения вырос до пределов, не сопоставимых с Европой и США, а социальные программы (например, медобслуживание) ослаблены. К сожалению, в результате пятнадцатилетнего правления безальтернативной и безответственной «вертикали власти»,  огромные деньги были “спилены” с Госбюджета и выведены (прежде всего — в США и ЕС), а Россия упустила исторический шанс на превращение в мощное государство с высокотехнологичной и конкурентоспособной экономикой и богатыми гражданами.

Текущее состояние экономики плачевно.

Кризис продолжает развиваться, и мы соскальзываем всё глубже. Рубль упал в полтора раза, потянув за собой реальные доходы граждан (по сути, уронив рубль, государство переложило проблему госбюджета на плечи граждан), промпроизводство упало только по официальным данным более чем на 5.5% (даже в несчастной Греции падение оказалось меньше за два года, чем у нас за один!). Растет безработица, и падают реальные зарплаты, так как компании в кризис пытаются выжить, сокращая издержки на фоне растущей инфляции. Растет и задолженность по оплате труда: в мае она увеличилась почти на 12%, достигнув отметки в 3.3 млрд руб. Сокращение посевных площадей вкупе с введенными Кремлем продовольственными санкциями и падением рубля, толкают вверх цены на продовольствие. Власть, испытывая нехватку средств и наращивая при этом  расходы на армию, спецслужбы и аппарат, “оптимизирует” расходы на медицину, науку и образование, увеличивает коммунальные платежи, навешивает на нас сборы “на капремонт”, задумывается об отказе от индексации пенсий и собирается повышать пенсионный возраст.  Всё это сжимает внутренний спрос. В мае зафиксировано падение оборота розничной торговли на 9.2% по сравнению с маем прошлого года.  А на экспорт мы давно поставляем в основном сырье, цена на которое неуклонно снижается.

Ч.Г.: Как вы думаете, адекватны ли действия власти и, в частности, Центробанка, сложившейся ситуации?

МТ: Не знаю, можно ли говорить о действиях ЦБ вне общего контекста. Ведь очевидно, что они определяются политическими решениями руководства страны (это не может быть иначе в условиях, когда Председателя ЦБ назначают в Кремле). Можно спорить о методах и сроках решения проблемы, но мы не знаем, какие задачи ставились и в какой ситуации. Панику на валютном рынке Цетробанк сбил. С этой точки зрения, подъем ставки был оправдан. Но цена оказалась велика, и до сих пор окончательно не понятна. Между снижением ставок ЦБ и проявлением результата в реальной экономике, существует определенный временной лаг. Пока спад ускоряется. Российская экономика, и без того не слишком эффективная, выживает в условиях слабого потребления, все еще высоких ставок, и оттока капиталов. Да, постепенное снижение ставок ЦБ снижает нагрузку на производителей, но для дальнейшего снижения ставок необходимо снизить инфляцию. В целом, ЦБ РФ более-менее стабилизировал ситуацию. Рубль на новом уровне стабильности обретает нормальную связь с ценами на нефть и степенью напряженности международной обстановки. Но разворачивающийся кризис не может быть устранен лишь действиями Центробанка. Так называемая «Антикризисная программа» оказалась настолько оторванной от жизни, что ее сейчас стараются не вспоминать. Требуется глубокая модернизация на основе серьезных политических решений.  И сейчас проводить модернизацию будет уже гораздо сложнее, чем лет пять назад, когда у нас была дорогая нефть, и поддержка дешевыми внешними ресурсами.

Ч.Г.: Как Вы считаете, ситуация на Востоке Украины и санкции действительно так сильно влияют на внутриэкономическую ситуацию в России?

МТ: Я уже говорил, что причины этого кризиса – сугубо внутренние. Это казнокрадство и коррупция, низкая эффективность принимаемых решений, технологическое отставание, старение инфраструктуры и Основных Фондов и иные проблемы отечественной экономики, определяемые системой власти, минимизировавшей ответственность перед избирателями-налогоплательщиками. Пока цены на нефть были высоки, они в какой-то мере компенсировали все эти проблемы. Мы не росли, но и не падали, находясь в застое. Но цена на нефть, подверженная естественным циклам, пошла книзу, и туго наполненная «нефтебаксами» экономика стала дрябнуть и сжиматься. Большинству экономистов все было понятно уже весной 2013 года.

Я думаю, что Кремль решил создать очаг напряженности на Украине для того, чтобы отвлечь внимание населения России от начавшегося снижения уровня жизни.

Была развернута невиданная по накалу пропагандистская кампания, которая действительно на какое-то время переключила внимание граждан от их кошелька и холодильника к делам сопредельного государства.  Но ценой тактического успеха стал стратегический проигрыш. Снижение цены на нефть лишило нашу экономику внутреннего источника стабильности и потенциала развития, а авантюра с переключением внимания на затеянные боевые действия лишила Россию источника внешнего. Широко разрекламированные надежды на Китай также не оправдались.  Страна, лишённая и внутренних и внешних источников, развиваться не может. Такое бывает лишь в менее развитых аграрных государствах, когда страна делает рывок за счёт деревни, как это было при Сталине в СССР или при Мао в Китае. Но такой рывок можно совершить только один раз, и Россия его уже совершила.

Ч.Г.: К чему привели действия по урегулированию кризиса, проводимые за последние полгода, и что будет дальше? 

МТ: Панику на валютном рынке удалось сбить, но ситуация на остальных участках фронта сложная и продолжает ухудшаться.  Когда я слышу споры, уменьшится ли ВВП за этот год на 4 или 5%, я, скорее, пессимист и считаю, что ВВП уменьшится в большей степени. Меня настораживают сообщения, например, о том, что в этом году площадь посевов оказалась чуть на 20% меньше, чем в прошлом. Всплеск по мясу в первом квартале меня удивляет и заставляет задуматься: не был ли это массовый забой скота из опасения не прокормить стадо. Сейчас нас немного выручает снижение цен на продовольствие на мировом рынке. Но напомню, что Кремлем введены санкции по импортному продовольствию, и это толкает цены вверх. Равно как и обесценение рубля против валют в которых производятся закупки еще не подпавших под кремлевские санкции продуктов. Также напомню, что сейчас начинаются выплаты в фонд коммунального ремонта, увеличиваются тарифы ЖКХ. То есть расходы граждан растут, а доходы не увеличиваются, так как сложное финансовое положение российских предприятий, зажатых между высокими ставками привлечения средств и низким кризисным спросом на свою продукцию, не  позволяют увеличивать зарплату, и, более того — подталкивают к сокращению штатов…

Мы сейчас во многом повторяем кризис конца восьмидесятых — начала девяностых, закончившийся распадом СССР.

Тогда у нас была столь же низкая производительность труда, но она компенсировалась высокими ценами на нефть. Если вспомнить, цена нефти на рубеже 70-80 –х была около 80 долларов за баррель, (в нынешних деньгах – около 160 долларов). В середине 80-х нефть начала падать (и падала до 1998 года), СССР, обремененный гонкой вооружений, начал стремительно беднеть. Но Союз имел колоссальные запасы и заделы (которых у нас нет) и не избалованное импортом население.

В нынешней ситуации не трудно прогнозировать, что если нефть драматически не вырастет, если не произойдет резкая смена правил игры, ведущая к повышению эффективности экономики и сокращению расходов на войну, на спецслужбы и на огромный чиновничий аппарат, если не будет резко сокращено казнокрадство и коррупция, то процесс снижения уровня жизни продолжится, а это обострит социальную напряженность и напряженность в национально-религиозных образованиях РФ.

Для развития экономики помимо грамотного управления необходимы инвестиции. Либо из внутренних ресурсов (а их у нас больше нет, поскольку цена на нефть снизилась, и вряд ли уже вскоре вернется на прежние высокие уровни), либо внешние (а их тоже нет, поскольку Запад, озабоченный ухудшением финансового состояния России, и в рамках санкций, снизил объемы предоставляемых средств и повысил их цену, а Китай оказался совершенно не заинтересован в инвестировании в Россию). Вкупе с падением платежеспособного спроса внутри страны это создает опасную конфигурацию. И, насколько я понимаю, нынешнее руководство страны не может предложить ничего, кроме пропаганды. Если все останется как есть — нашей экономики не с чего будет начать рост. Необходима серьезная модернизация экономики, на мой взгляд, невозможная без перезагрузки международных отношений и модернизации системы власти в России.

Беседовал Александр Алешин


 

 

V F M O T t
comments powered by HyperComments