3 года Новой Москве — о хорошем и не очень

3 года Новой Москве — о хорошем и не очень


В этом году уже 3-я годовщина присоединения к т.н. Старой Москве – Москвы новой. Когда в 2012 году жителям Подмосковья сказали, что они будут теперь москвичами – многие обрадовались. Было множество обещаний в улучшении их жизни, развития транспортного сообщения и прочих «благ». Что же вышло на деле, и что из обещаний было выполнено, мы узнали у муниципального депутата поселения Первомайское ТиНАО Натальи Беловой.

3 года Новой Москве - о хорошем и не очень

Наталья Белова

ЧГ: Наталья, скажите, как отнеслись бывшие «подмосквичи» к тому, что теперь будут жить в Москве?

Н.Б.: У жителей новой Москвы были огромные ожидания. Пока они были еще жителями московской области они ездили в Москву и видели красивые улицы, подсвеченные фонариками, украшенные деревья, много театров и красивых магазинов, кинотеатров – того, чего у них не было.

Они все это видели, и им казалось, что вот там — да, люди живут. А мы у себя в деревне или в поселке городского типа прозябаем.

И тут случается чудо: нас присоединяют к Москве и говорят, что мы новая территория.

У людей эйфория. Люди радуются. Наконец-то мы теперь Москва, хвастаются все друг другу, что мы теперь стали москвичами, и у нас теперь все будет цивилизованно.

Все это было ровно 3 года назад. За это время произошло уже достаточно перемен, после которых можно оценить, насколько это присоединение было полезным или нет. И, как в любом вопросе тут есть и положительные стороны, и отрицательные. Я говорю сейчас и свое мнение, и мнение моих избирателей. Я провела небольшой опрос, что люди могут сказать в целом по поводу присоединения. И никто однозначно не мог сказать, что присоединение – это  хорошо или совсем плохо. У людей двойственное мнение.

ЧГ: Давайте тогда разберем по отдельным вопросам, и тогда уже нашим читателям будет понятно, что же изменилось в лучшую сторону, а что в худшую или не изменилось вовсе.

Н.Б.: Давайте начнем с самой больной темы – с темы ЖКХиБ и дорог. Для людей что самое первоочередное, когда они присоединились к 3 года Новой Москве - о хорошем и не оченьновой Москве? Каким образом они теперь буду добираться до Москвы. Раньше в московской области худо-бедно мы могли и по Калужскому шоссе доехать. До той же юго-западной было полчаса. Потом стало хуже. Но было еще Киевские шоссе. Его в то время расширили, оно стало хорошо ехать. Сейчас после присоединения не едет ни Калужское, ни Киевское. Это наша огромная  общая боль, зная, что ни до нас нормально нельзя доехать, и уехать от нас спокойно нельзя.

ЧГ : А с чем это связано?

Н.Б.: С тем, что идет очень большая застройка и на киевском, и на калужском шоссе, присоединяется много новоселов. У людей становится больше машин. А еще общественного транспорта. Хотя ситуация с общественным с транспортом людьми, в целом, оценивается как положительная. Появились новые маршруты автобусов и маршрутки новые. Автобусы стали намного лучше, чего не скажешь о маршрутках. Потому что там совершенно какие-то непонятные структуры их «крышуют». Но автобусы ходят чаще, люди ими с удовольствием пользуются, хотя из-за них ведь тоже увеличивается пробка, они же в них тоже стоят.

Транспортная система это первая проблема, с которой люди сталкиваются, когда ездят в Москву каждый день. Для многих стало просто невозможным каждый день туда добираться и люди стали менять квартиры или стали думать, чтобы продать их. В частности, в Московском, из которого иногда люди выехать вообще не могут, особенно утром, и нужно ждать до обеда. Из Троицка чтобы уехать – надо ехать очень рано. В 6-7 утра люди стоят в больших очередях на маршрутки. Но и на машине люди иногда стоят по 3-4 часа, чтобы въехать в город.

3 года Новой Москве - о хорошем и не оченьМы надеемся, что расширение Калужского шоссе, которое сейчас идет, даст нам какое-то облегчение, хотя, честно говоря, если строительство будет продолжаться огромными темпами, то совершенно понятно, что никакое Калужское шоссе нас не спасет. Если только временно.

И мы очень ждем развязку на Киевском шоссе в районе МКАДа. Там делается сейчас огромная эстакада, чтобы это все разгрузить, а пока движение стоит и день, и ночь. Киевское шоссе стало ужасным. У Румянцево практически всегда встанешь в пробку.

Теперь что касается метро. Раз всем сказали – Москва, значит люди ждут метро, либо скоростной трамвай. Когда у нас были слушания по территориальным схемам, я лично писала прошение, что раз по планируемой трассе №8 будет идти огромная 8-ми полосная дорога, то почему бы по ней не пустить тот же скоростной трамвай. Тогда будет удобно, и люди будут понимать, что это не просто транзит грузовой, который по ним пойдет, а это для их удобства. Но в просьбе нам Москомархитектура отказала. Причем очень жестко, сказав, что мы ничего не понимаем, и зачем нам этот трамвай вообще нужен.

Теперь со станцией метро Румянцево, которую мы ждем, как манну небесную. Она должна появиться, как нам говорили, «скоро, скоро». Недавно я читала, что не раньше 2016 года. Уже несколько раз откладывали, поэтому до конца так и не понятно, когда ее построят.
На данный момент мы имеем только станцию Тропарево и ужасающую пробку около Румянцево, которое все больше и больше заполняется арендаторами. Вокруг строятся еще несколько комплексов. Что будет – непонятно, а транспортный коллапс представить, конечно, не сложно.

За 3 года, фактически, кроме станции Тропарево, метро к нам никак не приблизилось. Так что это один из важных вопросов. Если его не будет, то люди просто будут уезжать из новой Москвы, и никто там оставаться не будет, потому что они не смогут добраться до города.

ЧГ: А что же по ЖКХ? Ведь это тоже немаловажный вопрос для жителей новой Москвы.

Н.Б.: Это вторая по важности тема для жителей. Когда мы были Московской областью, у нас были достаточно высокие коммунальные платежи. После присоединения к Москве народ стал спрашивать, когда у нас будут такие же тарифы как и в Москве. Но они такими же так и не стали. Хотя по новой статье за капремонт, которая сейчас у нас вводится, нас считают как москвичей, и платить мы будем соответственно. А вот за коммунальные платежи мы платим как «подмосквичи». Если в Москве это 15 рублей за кв.м., то тут это 27.2, и это существенные деньги. Учитывая изношенный жилфонд, доставшийся от Московской области,  люди очень возмущены такими высокими ставками.

ЧГ.: Говоря о благоустройстве – что-нибудь существенно изменилось?3 года Новой Москве - о хорошем и не очень

Н.Б.: С детскими площадками стало получше, а в некоторых местах их стало даже слишком много. Например, у некоторых многоквартирных домов теперь есть по несколько детских площадок. А вот в деревнях не допросишься даже самой маленькой площадочки. Тут еще есть такой момент: когда площадка построена, она требует ухода — невозможно ее просто построить и бросить. Потому что всегда присутствует вандализм, да и со временем она все-равно разрушается. Надо убирать мусор, элементарно ее помыть, почистить от грязи. Этим, фактически, никто не занимается. То есть площадки построены, и деньги большие на них освоены, а нет за ними должного ухода.

ЧГ: А на что еще поступает большое количество жалоб?

Н.Б.: На работу местных администраций. Они же нам достались от Московской области и не привыкли быть очень любезными и приветливыми. Они совсем не понимают, что работают здесь для жителей, а не потому, что им так повезло в жизни, и они устроились работать в администрацию на хорошую зарплату, и теперь они тут короли. Зачастую отношение администрации к жителям именно такое.
То же самое касается домов культуры, потому что они ведь тоже пришли к нам из Московской области. Что касается работы кружков, праздников, которые они устраивают — это все более менее удовлетворительно, но люди-то ждут московского уровня. Им хочется, чтобы все было действительно на высоком и хорошем уровне.

ЧГ: А как ситуация с правоохранительной системой?

Н.Б.: Примерно такая же, судя по количеству жалоб. Территория ведь огромная, а полицейских очень мало, ну а участковых еще меньше. Некоторые жители мне жалуются, что они своего участкового никогда в глаза не видели и не могут до него ни дозвониться, ни найти. Если вызывают — он едет несколько дней.

Если происходит что-то страшное, убийство например, тогда он, может быть, приедет на следующий день. Никакой оперативности нет вообще.

ЧГ: Вы сказали, что территория огромная  – как сейчас обстоят дела с образованием и медициной в Новой Москве?

Н.Б.: С образованием у нас проблема, т.к. пока идет строительство, застройщик, естественно, очень редко предусматривает какую-то социальную структуру. Администрации, конечно, стараются нагружать застройщиков, чтобы хотя бы садик построили, потому что как так — люди заехали, а ничего нет. Что дальше им делать? Они идут в соседний поселок, едут в соседний город. Одни из лучших школ – в Троицке. Естественно, они там переполнены. Вместо того, чтобы строить школы на местах, детей вынуждены возить в старые школы. Так же загружаются и садики, куда уже и так огромные очереди. А ведь детей в Новой Москве много, и растут они  здесь хорошо: свежий воздух, леса, поля, сады-огороды у кого-то есть. Все нормально, но не доходит до нас образование так, как хотелось бы. Нет и системы автобусов, которые бы детей забирали в школы, раз дети живут так рассредоточено.

3 года Новой Москве - о хорошем и не оченьС медициной все достаточно двойственно. С одной стороны могу сказать, что стало более цивилизованно, потому что появилась электронная очередь. Это для нас полная новинка. Наши люди долго к этому привыкали, но  потом поняли, что это удобно. Раньше у нас не было врачей-специалистов, а сейчас они хотя бы приезжают примерно раз в неделю. Из минусов — лекарственное обеспечение стало даже хуже, чем в Московской области. Льготникам сложнее выписать лекарства, а это большая категория людей.

Плюс — поликлиники расположены очень далеко, и, например, жителям Первомайского приходится иногда ездить в Троицк. А это, без малого, 10 километров. Туда нельзя доехать на прямом транспорте, нужно пересаживаться, а для пожилых людей это очень тяжело.

ЧГ: Когда все только начиналось — был какой-то план, как все это будет? Есть какая-то общая концепция?

Н.Б.: Нет какой-то общей концепции, каким образом новая Москва будет развиваться. Был уже сложившийся уклад жизни: деревня, к ней пристроен коттеджный поселок, вокруг несколько СНТ, обычная подмосковная ситуация. В деревне было поле, которое пахалось, или на нём скот пасся, теперь же это поле забирает застройщик и начинает строить дома. Обещали малоэтажное строительство, но, зачастую, это получаются 17-ти этажки. Даже если это, допустим, 12-ти этажные дома — каким образом все это вместе будет сочетаться? Когда микрорайон строится, он, как правило, огораживается забором, потому что людям не хочется, чтобы к ним кто-то ходил. И получаются вот такие «гетто». Деревня отдельно, СНТ отдельно, жилая застройка высотная тоже отдельно за забором.

Хотелось бы, чтобы Москомархитектура обращала внимание на то, как это изменить; сделать так, чтобы это все выглядело единым красивым и цивилизованным массивом. Пока такого нет.

Пока что застройщики, приходящие к нам на территорию, думают только о том, как все это побыстрее построить, продать, и дальше — трава не расти. Все проблемы с коммуникациями решаются очень тяжело. Квартиры в Новой Москве покупают люди со всей России, и покупают охотно. А дальше сталкиваются с проблемами: нет отопления, нет воды, плохо вывозится мусор, и канализация не работает, с которой тут очень большая проблема. Нам нужна нормальная централизованная канализация. Когда до этого дойдут руки у Москвы – мы не знаем. Но это первоочередная задача.

ЧГ: Вы сказали, что есть проблемы с вывозом мусора. Разве нет единой системы для этого?3 года Новой Москве - о хорошем и не очень

Н.Б.: Не налажен вывоз мусора от частных владений. Только от многоквартирных домов. Поэтому все остается на усмотрение жителей. Если они согласны, они должны сами выбрать себе мусоровывозящую компанию. Это сложно себе представить, да и дорого. Значит, жители должны каким-то образом объединяться, а делают они это с большим трудом, в-основном, только те, кто за заборами, то есть коттеджные или дачные поселки. А обычные частные домовладения просто берут этот мусор и отвозят его к многоквартирным домам. Либо вываливают его на окраину леса, в овраги. Поэтому присутствует очень большая захламленность территории из-за того, что мусор реально не вывозится централизованно.

Сейчас говорят о том, что надо ввести систему штрафов, чтобы наказывать хозяев таких домов. Но надо начинать не со штрафов, а вводить нормальную централизованную систему вывоза мусора, приглашать людей к ней присоединиться, а потом уже штрафовать тех, кто это не делает.

В деревне, где я живу, была просто мусорная катастрофа. И на этой катастрофе я, можно сказать, стала депутатом. Мы жили просто на помойке, и терпеть это больше никто не собирался. Сначала мы сами нашли мусорную компанию, потом нас поддержала администрация, и теперь мы хорошо на этот счет сотрудничаем.

Про раздельный сбор мусора, естественно, никто не слышал. Для людей это — экзотика. В Москве хоть как-то его собирают, хотя тоже из рук вон плохо. Хотя все понимают, что батарейки, ртутные лампы и пластик опасны, их нельзя выбрасывать в природу, от этого отравляется и вода, и почва, и погибают животные – но у нас такого пока нет…

ЧГ : Говоря про животных, пока мы не перешли к теме экологии, как обстоят дела с такой немаловажной вещью как приюты для животных?

Н.Б.: Это тоже большая проблема. Если в Москве есть приюты, много зоозащитников, которые являются опекунами этих животных, оберегают их. То у нас беспризорных животных гораздо больше. Потому что к нам традиционно московские дачники привозят своих зверушек на летний отдых. Очень много жалоб именно на домашних собак, которые перемещаются по коттеджным поселкам не привязанные, ведь «собачка должна погулять и побегать». А потом, естественно, собаки начинают плодиться. Дальше дачники уезжают и нам остаются щенки. Каждую осень у нас так.

Приютов как таковых нет. Есть один единственный в Щербинке, и он переполнен давным-давно. Получается что: нам надо этих собак убивать? Закон нам этого не позволяет. По закону у нас отлов-стерилизация-помещение в приют. А приютов нет.

Сейчас у нас создалась очень сильная зоозащитная группа в Новой Москве. Люди видят мучения животных, раздавленных колесами щенков. Вот, например, стоит коробка со щенками прямо рядом с дорогой. Они расползлись из коробки и, естественно, их начали давить. Жители и дети это видят. И недопустимо, чтобы в Москве такое было. Но пока, сколько мы ни бьемся, выделить нам деньги на приют не могут. Нам выделили только на полигоне ТБО (твердых бытовых отходов) «Малинки», а это закрытая свалка, как в Саларьево, рядом с Москвой, там не такая огромная гора, но все-равно это место совершенно непригодно для жизни. Если мы спасаем животных и хотим приют – то уж конечно не там. Зоозащитники от этого места отказались. Власти пока навстречу к нам по этому вопросу не идут. Все это брошено на энтузиазм отдельных людей, которые не получают ни помощи, ни финансирования.

ЧГ: Закончить наше интервью хотелось бы такой важной темой для новой Москвы как экология. Ведь многие помнят недавние новости о том, как жители боролись и борются до сих пор за тот же Троицкий лес.

3 года Новой Москве - о хорошем и не оченьН.Б.: Самая главная проблема — это вырубка лесов под трассы. Они теперь у нас называются не трассами, а улицами. Но, если говорить строго, – это огромные автодороги 6-ти и 8-ми полосные, как показано в территориальных схемах, под которые вырубаются огромные полосы леса.
Сейчас идет реконструкция дороги Боровское-Киевское-Калужское шоссе, которое как раз проходит по моему поселению. Это была неосвещенная 2-х полосная дорога, которая худо-бедно справлялась, но у которой было 2 узких места. Одно — вхождение в деревню, а другое — это т-образный перекресток, на котором всегда стояла пробка.

Что делается дальше? Берется эта дорога и расширяется ровно в 2 раза.

Причем расширяется в тех местах, где и раньше можно было нормально проехать. На – т-образном перекрестке обещают построить эстакаду – это хорошо. А вот как дальше она пойдет от деревни Ботаково до Троицка – вопрос пока остается неясным. А там ведь на пути встает Троицкий лес, а это ООЗТ (особо охраняемая зеленая территория).

Нам говорят, что никакого другого варианта, кроме как вырубить Троицкий лес – нет. То есть подход такой: начинаем строить дорогу, вкладываем огромные бюджетные средства, а потом оказывается, что надо под это рубить лес. Защитников Троицкого леса очень много. И в поселении Первомайское, и в Троицке, и даже сама Москомархитектура признает, что есть тысячи обращений против вырубки леса. Жители за лес стоят и терять его не готовы. Это наше богатство. Тут очень много краснокнижных видов растений и животных. Город Москва имеет юго-западную розу ветров, и кислород, который у нас тут производится, идет на юг и юго-запад Москвы. И если сейчас у нас вырубят все эти леса, москвичи лишатся свежего воздуха. А мы лишимся леса. Если все застелют дорогами, то будет плохо не только нам, но и всей большой Москве.

Строительство новых жилых микрорайонов, в основном, ведется на полях. Но есть случаи, когда под это идет и вырубка леса. В Сосенском поселении такое есть, и в городе Троицке — много где еще. Куски лесов делают землями поселения или городского округа. Так, как, например, в городе Троицке — микрорайон Солнечный, полностью построенный на территории вырубленного леса. И дальше они не собираются на этом останавливаться. Администрация города Троицка наступает на лес с желанием строить там многоуровневые гаражи  и социальные объекты.

ЧГ: Ну а хоть как-то количество вырубленных деревьев компенсируется? За счет той же программы «миллион деревьев»?

Н.Б.: Мы писали обращения, что просим включить нас в программу. Но нам говорят в  ДПиООС и в мэрии Москвы, что у нас лесов много и нас туда не включают. При этом забывая, что у нас много новых строящихся и уже построенных микрорайонов, где высокие дома построены почти впритык друг к другу и где практически ни кустика, ни деревца, ни травинки нет. И они, конечно, нуждаются в этой программе.

Это можно сказать о Коммунарке, о Московском, о Воскресенском поселении, где такая плотная застройка. Все, что ближе сейчас к старой Москве, везде можно вот такие микрорайоны найти. Они нуждаются в озеленении. Поэтому мы требуем, чтобы программа «миллион деревьев» распространилась и на Новую Москву. И чтобы прекратилось варварское уничтожение уже существующих лесов.

Беседовала: Мила Миловидова


V F M O T t
comments powered by HyperComments